Широков

Широков, досконально знающий пещеру, Большой и Дальний залы которой тянутся по горизонтали примерно на 800 метров, помогает Робби Шону выбрать лучшие точки для съемки. Робби расставляет осветительные приборы. Дело это не быстрое, но хлопоты Шона оправданы: свет, «выставленный» одним из лучших в мире фотографов, специализирующихся на съемке в пещерах, позволяет увидеть, как хорошо сохранились древние изображения, и как свежо и ярко они выглядят.
На стенах, полусводах и нишах Большого зала и на потолке Дальнего зала первобытные художники оставили около 60 красных и черных рисунков, на которых изображены животные — по большей части мамонты и лошади, — антропоморфные существа и разнообразные знаки.
Думаю, что шоппинг в швейцарии сможет заинтересовать очень многих.
В Большом зале практически все рисунки красного цвета, а животные изображены в виде закрашенных силуэтов. Среди самых необычных — стилизованная птица, которую часто ошибочно принимают за антропоморфного персонажа, и мамонт, который, в отличие от других зверей, нарисован не с прямыми ногами, а с подвернутыми передними конечностями.

В Дальнем зале красный «носорог» и все животные черного цвета нарисованы контуром. Впечатляют животные, которых в археологии называют «композитными» — с туловищем верблюда в профиль и маской анфас, лошадь с рогами, носорогообразное существо и фантастическое мамонтообразное создание.

Есть здесь и одна из лучших в палеолитическом искусстве композиций на тему «зверь и женщина»: красный рисунок женщины с акцентированными половыми чертами, между ног которой видны три ряда пятен, и цепочка таких же пятен, идущих от груди красного «носорога».уран-ториевый анализ образцов криогенного кальцита, ученые пришли к выводу, что в то время, когда делались рисунки, температура в пещере была ниже ноля градусов Цельсия. Первобытные художники творили в царстве темноты, мороза и льда — они приходили в Капову пещеру, разжигали огонь и рисовали на стенах мамонтов и лошадей.
Больше всего таких рисунков

на нижнем ярусе пещеры, с исследования которого мы и начинаем свою первую «рабочую смену» в Шульган-Таш. Сразу за порогом начинается Главная галерея, за которой следуют Купольный зал, зал Знаков и зал Хаоса, в каждом из которых обнаружены древние изображения. В дальней части пещеры, которая уходит вглубь горы на 350 метров, поднимаясь на 35 метров над уровнем входа, рисунков нет.

Большинство чрезвычайно реалистичных изображений, среди которых можно распознать бизона, носорога, мамонтов и лошадей — типичную фауну ледникового периода, — выполнены красной охрой различных оттенков. Почти все они в движении, у нескольких мамонтов прорисованы бивни. В зале Хаоса, где повсюду нагромождены глыбы, обрушившиеся с потолка, — одно из самых удивительных изображений Каповой пещеры.

На высоте около трех метров над полом древний художник нарисовал существо, у которого человеческое тело, голова мамонта, лошадиные задние ноги и хвост, и передние конечности, которые внизу раздвоены, словно клешни или копыта.
Кроме того, весь нижний этаж испещрен геометрическими знаками — их примерно в четыре раза больше, чем рисунков животных. Самые многочисленные — сложные знаки в виде трапеций с расчерченным внутренним пространством, встречающиеся только в Шульган-Таш.

«Палитру», которой пользовались первобытные художники — плоские обломки известняка со следами охры, и скопления красочного пигмента, спрятанные «про запас» в нишах между крупными глыбами — можно обнаружить сразу в нескольких местах пещеры, в том числе и на верхнем ярусе нижнего яруса, куда ведут несколько отвесных подъемов с уступами. На этом этаже, который тянется почти на 700 метров и в конце круто спускается вниз, к речке Подземный Шульган, рисунков меньше, но именно здесь находится самый крупный из всех знаков в пещере — трапеция с «ушками» и с расчерченным внутренним пространством. Это изображение объединяет трапеции двух этажей в единую композицию.

Многие геометрические фигуры в пещере Шульган-Таш отличаются от знаков в Игна-тиевской пещере, но зато есть сходства в изображениях животных, среди которых преобладают мамонты и лошади. К примеру, некоторые мамонты в обеих пещерах нарисованы с втянутым животом, морды у лошадей в виде «клюва утки». Кроме того, и в Игна-тиевской пещере, и в Каповой есть рисунки ирреальных животных и зооантропоморфных существ. Схож и характер следов пребывания людей в этих пещерах.

Более того, у изображений в уральских пещерах есть общие черты с рисунками, обнаруженными во Франко-Кантабрии. Конечно, полного тождества памятников этих двух столь удаленных один от другого регионов нет. Но его и не может быть, ведь даже в пределах Франко-Кантабрии каждая пещера индивидуальна: лишь пары таких пещер, как Нио и Пиндаль, Пеш-Мерль и Куньяк имеют практически идентичные рисунки. Как бы то ни было, многие археологи уверены, что уральское пещерное искусство имеет свои истоки во Франко-Кантабрии. В пользу этой теории говорит и «связующее звено» между западноевропейскими и уральскими памятниками, которое в 1978 году обнаружилось в Карпатах: румынские спелеологи обнаружили тогда на стенах пещеры Кучиулат фигуры лошади и хищника из семейства кошачьих, нарисованные охрой. А три десятка лет спустя, в 2009-м, неполные контуры тел животных черного цвета были найдены в румынской пещере пещере Колибоая.

Добавить комментарий

Comment
Name*
Mail*
Website*